Нескучный сайт


Живи интересно

В сознании читателя имя Михаила Зощенко обычно связывается с сатирическими и юмористическими произведениями малой формы («мелкими» называли их литературные критики прошлых лет). Самобытность творчества Зощенко неопровержима. Услышав нарицательное «звание» – «герой Зощенко», мы вполне ярко представляем себе персонажей его произведений. Писатель отдал отечественной литературе около сорока лет, и работал он не только над юморесками, фельетонами и сатирико-бытовыми новеллами. Он писал и книги для детей, и рассказы о Ленине, есть у него и биографическая повесть.

Те, кто читал произведения этого писателя, заметили, что созданные им в двадцатые годы рассказы словно списаны из газет, так как сюжетные линии и характеры героев взяты либо из жизни, либо из читательских писем. Зощенко рассуждает о гримасах нэпа и «плесени» мещанства, осуждает самодурство и вместе с читателем смеется над человеческой глупостью. Ему чужды добытчики и хамы, циники и люди, «гребущие» под себя, стяжатели и пошляки.

Однако основная тема зощенковского творчества двадцатых – это юмористическое описание быта. Как правило, герои его рассказов сами полагают себя культурными, уважаемыми людьми, хотя на практике оказывается все совершенно иначе. Смех читателя и возникает там, где соединяется истинное и выдуманное.

Михаил Зощенко – отличный стилист, поэтому он активно пользуется обыгрыванием выражений и терминов из малограмотной речи, с явными ошибками и просчетами, принадлежащими разговорному стилю. Лексика чаще всего сниженная: «плитуар», «хресь», «етот», «в ем», «брунеточка», «вкапалась», «для скусу», «хучь плачь», «эта пудель», «животная бессловесная», «у плите», «окромя» и т.д.

В тридцатые годы писатель, как и многие другие современники, обращает свой взор от мещанства и обывательщины в сторону социалистического преобразования. Зощенко работал в многотиражках и был на строительстве Беломорканала, чтобы своими глазами оценить масштабы грандиозных процессов. Автор и его литературные персонажи стали говорить правильным языком, а сам писатель заявил – «С каждым годом я все больше снимал и снимаю утрировку с моих рассказов. И когда у нас (в общей массе) будут говорить совершенно изысканно, я, поверьте, не отстану от века».



Взгляните также:

Андрей Геласимов: «Степные боги»

Комментировать

Untitled